Царица. Твой пророк — он напал на караван в священный месяц! Да я бы его повесила, если бы он жил теперь.
Фатима. Да поразит Аллах язык твой за эти слова, да сгниет язык твой!
Царица. Я сброшу в погреб тело хана, пусть оно там валяется.
Фатима. Придут товинцы и заберут тело хана.
Царица. Заберут? И ты думаешь, что я им его отдам?
Фатима невольно, просительным тоном. Да, царица, ты это сделаешь! Они за него много дадут.
Царица. Я его не продам. Я велю вырыть могилу и велю закопать тело. Закопать вниз головой. И велю долго читать над ним христианские молитвы.
Фатима, сжимая руки. Берегись, царица Тамара! Хан был убит в твоем доме, а в Товине есть кровавая месть!
Князь Георгий и священник входят из глубины сцены, за ними солдаты. Фатима опускает покрывало.
Царица. Кровавая месть? Князь Георгий, вот эта женщина смеет грозить мне! Что мне с ней сделать?