Карено. Что объ этомъ говорить. Можетъ быть, этотъ шагъ необходимъ. Но одно я знаю, двадцать лѣтъ тому назадъ я бы безвозвратно осудилъ себя за него.
Бондесенъ. Двадцать лѣтъ тому назадъ, да.
Карено. Гм... а развѣ теперь я сталъ умнѣе, чѣмъ тогда? Или не былъ я развѣ тогда гораздо умнѣе, чѣмъ теперь?
Бондесенъ. А вы читали замѣтку объ Іервенѣ?
Карено. Іервенъ будетъ сегодня у меня. Подаетъ Бондесену письмо Іервена.
Бондесенъ. Да? Что ему отъ васъ надо?
Карено. У него можетъ быть только одинъ поводъ.
Бондесенъ. Какой же?
Карено. Другого у него быть не можетъ... Какъ вы думаете, этотъ халатъ придаетъ болѣе старый видъ или нѣтъ?
Бондесенъ бросаетъ равнодушно письмо на столъ Ахъ, нѣтъ. Правда, нельзя отрицать, что онъ придаетъ извѣстную солидность.