Іоганнесъ съ удивленіемъ глядѣлъ на него.
-- Итакъ, слушайте. Я училъ ея сына. У нея былъ сынъ отъ перваго брака; она, разумѣется, уже была замужемъ и овдовѣла. Вы можете возразитъ, что мнѣ не это было предназначено при рожденіи; но я женился на вдовѣ. Мальчикъ былъ отъ перваго брака. Я хожу туда, вижу каждый день садикъ и вдову и, наконецъ, привыкаю къ нимъ. Вдругъ мнѣ пришла въ голову эта мысль, и я сказалъ себѣ: конечно, я предназначался не для этого и такъ дальше, но все-таки я это сдѣлаю потому, что это, вѣроятно, предсказано звѣздами. Видите, какъ все это вышло.
-- Поздравляю,-- сказалъ Іоганнесъ.
-- Стойте! Ни слова! Я знаю, что вы хотите сказать. А та, первая, хотите вы сказать, неужели вы забыли вѣчную любовь вашей юности? Вы хотѣли это сказать. А позвольте, въ свою очередь, почтеннѣйшій, спросить васъ, гдѣ она, моя первая, единственная и вѣчная любовь? Развѣ она не вышла замужъ за полковника артиллеріи? Позвольте задать вамъ еще одинъ маленькій вопрюсъ: видали ли вы когда-нибудь, чтобы мужчина соединился съ той, съ кѣмъ онъ хотѣлъ? Въ одной сказкѣ разсказывается объ одномъ человѣкѣ, мольбу котораго Богъ услышалъ и соединилъ его съ его первой и единственной любовью. Но онъ не былъ счастливъ.-- Почему? спросите вы, и я вамъ отвѣчу на это: по той простой причинѣ, что она сейчасъ же умерла,-- слишите, тотчасъ же умерла; ха-ха-ха, сейчасъ же. Такъ всегда бываетъ. Обыкновенно, никто не соединяется съ женщиной, которую любитъ, но если это и случается, то она умираетъ. Счастье никогда не бываетъ совершенно. Тогда человѣку только и остается полюбить другую и постараться найти себѣ въ этомъ утѣшеніе, но ему совсѣмъ не слѣдуетъ умиратъ отъ этого. Увѣряю васъ, природа дѣйствуетъ очень мудро, помогая человѣку переносить подобныя испытанія. Взгляните хотъ на меня.
-- Вы выглядите очень хорошо!.
-- Великолѣпно. Слушайте, чувствуйте, смотрите! Развѣ меня касаются какія-либо заботы? Я одѣтъ, обутъ, у меня есть семейный очагъ, жена, ребенокъ,-- я говорю о мальчикѣ. Если вы спросите о моихъ поэтическихъ произведеніяхъ, то я отвѣчу вамъ и на этотъ вопросъ. Ахъ, мой молодой коллега, я старше васъ и, можетъ-быть, отъ природы лучше одаренъ. Бумаги мои сложены въ письменномъ столѣ. Онѣ будутъ изданы послѣ моей смерти. Вы можете возразить, что я не получу отъ этого никакого удовольствія. И опять-таки вы ошибаетесь, ими наслаждается теперь моя семья. Вечеромъ, когда зажигаютъ лампы, я отпираю столъ, вынимаю свои стихотворенія и читаю ихъ женѣ и мальчику. Ей сорокъ лѣтъ, а ему двѣнадцать, они оба бываютъ въ восторгѣ. Приходите какъ-нибудь вечеромъ, я угощу васъ стаканчикомъ грога. Да сохранитъ васъ Господь .
Онъ протянулъ Іоганнесу руку и вдругъ спросилъ:
-- Знаете вы что-нибудь о Викторіи?
-- О Викторіи? Нѣтъ. Да, я только что слышалъ.
-- Развѣ вы не замѣтили, какой у нея болѣзненный видъ и какъ впали ея глаза?