Лёгкая краснота покрыла щёки доктора. Не вспомнил ли он в эту минуту обещание, данное когда-то им своей жене во дни молодости, купить ей бриллиантовое кольцо? Это обещание так и осталось неисполненным. Но лёгкая краснота, появившаяся на лице доктора, сделала его почти красивым. Надев очки, он спросил:
— Бочка с ворванью упала прямо на тебя и раздавила тебе бедро?
Оливер несколько смутился вследствие своего прежнего обмана.
— В сущности, это не была бочка, а рея, на которую я упал верхом и был раздавлен. После того меня оперировали.
— Разденься.
Оливер разделся. Доктор осмотрел и ощупал его и наконец сказал:
— Что же ты хочешь знать от меня? Что ты не можешь быть отцом? Ты это и так знаешь. Впрочем, от меня это не было скрыто никогда, — прибавил он, так как не мог упустить случая похвастать своим превосходством и безошибочностью своего суждения.
— Зачем тебе это? — сказал он Оливеру, когда тот попросил его письменно засвидетельствовать его неспособность. — Сколько детей у твоей жены?
— У нас пятеро... у моей жены пятеро детей.
— Моё свидетельство опоздало уже. Карие глаза в городе погасли. Оденься.