Да, Оливер стоял у борта, твёрдо и уверенно, точно он не был калекой! Он не скупился на сильные выражения, отдавая приказания двум рыбакам, которых он призвал на помощь для спасения судна. Затем он послал одного из них на берег, к консулу. Иёрген крикнул ему с берега, скромно спрашивая, что это за корабль он привёл, но ответа не получил. Оливер был слишком занят в эту минуту. Олаус с выгона, постоянно вертевшийся на пристани, неумытый и растрёпанный, громко проговорил:
— Он украл это судно!
Оливер был страшно возмущён, потому что консул не сам приехал, а прислал своего сына, молодого Шельдрупа.
— Где же твой отец? — спросил его Оливер.
— Мой отец? А это что за судно? — отвечал Шельдруп.
— Пойди и приведи сюда своего отца! — возразил Оливер. — Ты можешь положиться на то, что он сделает всё, что нужно, составит протокол и наложит печати на всё, что здесь находится.
— Я спрашиваю, что это за судно?
Оливер крикнул двум маленьким мальчикам на набережной, чтобы они пошли за консулом, и когда это было сделано, то он обратился к Шельдрупу и сказал:
— Это датское судно, иностранное поскольку я могу судить на основании его осмотра.
Наконец появился консул, К.А. Ионсен, и толпа на набережной тотчас же почтительно расступилась, чтобы пропустить его. Он сначала колебался, идти ли ему, так как он ведь был не такой человек, которого может позвать каждый, кто угодно! Но он обладал большой сообразительностью. Ему достаточно было задать два или три вопроса, чтобы сразу всё понять.