— Со своими жёнами?
— Нет... Впрочем, я не знаю, — ответила она.
— Значит ты не прислуживала за столом?
— Что это ты меня всё расспрашиваешь? — прервала она его, смеясь. — Может быть, ты мне не веришь?
Она смеялась, но смех её был ненатуральный, и она была неспокойна. Они оба точно балансировали на кончике ножа. Вдруг она выпрямилась и, проведя по волосам с какой-то решительностью, проговорила, словно шутя:
— Знаешь ли что? Тебе было нужно жениться на своей больничной сиделке, в Италии. Тогда ты стал бы мужчиной!
И Оливер ответил, полушутливо, полусерьёзно:
— Конечно. И я с раскаянием вспоминаю о ней.
VI
Зима миновала.