-- Монсеньору, вероятно, уже известно о преступниках, известных под именем "усыпителей"?
При таком, вероятно, неожиданном для него вступлении легат вскочил.
-- В самом деле? -- воскликнул он. -- Следовательно, эти нового рода злодеи действительно существуют? Я должен сознаться, что до сих пор сомневался в их существовании, и всякие касавшиеся их донесения, откровенно говоря, считал за сказки.
-- К сожалению, это не так, монсеньор, -- мрачно отвечал Вьендемор. -- Эта шайка преступников существует и, я должен прибавить, даже очень близко от города...
-- Как? А об этом-то мне ничего и не сказали? -- вспылил Винчентини. -- Мне нарочно передавали неопределенные слухи о существовании этих мошенников! Что за беспечный народ эти чиновники!
-- Монсеньор, -- робко осмелился заметить молодой человек, -- ваши чиновники, верно, не виноваты; вряд ли они знали что-нибудь об "усыпителях", да едва ли знают что-нибудь и теперь.
-- Как же вы можете утверждать это! -- резко заметил легат.
-- Я высказываю только свое мнение, монсеньор, -- скромно возразил Вьендемор, -- и полагаю, что не ошибаюсь. Насколько мне известно, со времени преступления, жертвой которого был я, другого подобного эти злодеи еще не совершали. Я же об этом, за исключением своих хозяев, никому не говорил.
-- Да, ну это, конечно, другое дело, -- сказал несколько успокоившийся Винчентини и тотчас же прибавил:
-- Но отчего же вы тотчас же не объявили об этом?