Но настоятель стал отстаивать его и сослался на свои привилегии.
-- Господь Бог открыл убежище у нас этому несчастному и будет судить его по своей благости. Он более не подлежит земному правосудию.
-- Это все равно, -- отвечал архиепископ. -- Взять его именем церкви и отправить в темницу!
-- Но, господин архиепископ, он лежит под самым престолом и я не имею права выдавать его оттуда, -- возразил с неудовольствием настоятель.
-- Даже если бы он находился в самом ковчеге, -- сказал его преосвященство, сильно раздосадованный упорством настоятеля, -- я приказываю, чтобы он, несмотря на это, был передан в руки правосудия.
Рассерженный настоятель ушел посоветоваться об этом деле с монахами. Эти последние настаивали, чтобы он не исполнял приказания и по некотором размышлении он согласился с ними. Как подчиненный архиепископа, он должен был его слушать, но так как папский легат, в последней инстанции, не утвердил приказания, то настоятель еще мог оказать неповиновение своему непосредственному начальнику.
Вместе с тем, дело о выдаче Ланглада осталось нерешенным. Не зная о результате переговоров, этот последний стал уже торжествовать и радоваться придуманной хитрости убежать к францисканцам.
-- Они не посмеют меня выдать, -- говорил он себе, -- и покамест я спокоен за свою жизнь. Таким образом, в своей келье я спокойно дождусь того времени, когда буря уляжется, а тогда посмотрим, как выбраться из этой чертовой ямы, потому что поступать в монахи я не чувствую ни малейшей охоты.
X
Лангладу скоро пришлось убедиться, что он торжествовал слишком рано.