а сам приподняться не может...
Хочет глаза распахнуть
и, будто созревшая рожь,
заплелися ресницы.
Вязнет в Забвение душа,
как олень златорогий в трясине.
Хочется Деду внучонка позвать
и не р о дится слово...
А день широко разгулялся
под небом глубоким и синим,