Вот мы уже скользим по мягкому песку. Мотор умолк. Дверь кабины распахнулась. Темнокожий человек стоял передо мной. Он был закутан в белый плащ, из-под которого виднелись босые, бронзового цвета ноги с кольцами на пальцах.
— Good evening, mister![1]
Он взял мой чемодан. Я вылез.
Вокруг толпа кричащих, жестикулирующих людей в восточных пестрых одеждах. Все они были чем-то заняты, и никто из них ничего не делал.
— Please, mister![2]
Темнокожий взял меня за руку. Передо мной стоял другой аэроплан, точная копия первого.
— Скорей, мистер, вы опоздали на полчаса.
Меня втолкнули внутрь, дверь захлопнулась, шум начал стихать… Мы снова в воздухе, и подо мной стройные колонны минаретов в венках пестрых огней. Был священный месяц Рамазан. Через несколько минут все исчезло, и я заснул. Ночью мы пролетели над степями Курдистана.
Утром, когда я пил кофе с бутербродами, вкус хлеба мне показался несколько иным. Вместо ветчины в шкафчике лежала жареная курица… Я завтракал и смотрел в окно: подо мной проплывали дома, мечети, минареты, дворцы.
Транспарант снова вспыхнул: « Тегеран ». Столица Персии! Снова остановка, снова толпа людей, но на этот раз все серьезные персы с торжественными лицами.