Направо отъ входа, въ большой комнатѣ, стоялъ огромный столъ, освѣщенный посерединѣ большимъ канделябромъ. Весь столъ былъ заваленъ бинтами, холстомъ, корпіей, тряпками -- всѣмъ, что только можно было достать на фабрикѣ, для перевязки раненыхъ. Бутылки, фляги съ примочками и фляги съ виномъ тоже находились на столѣ въ изобиліи. Подлѣ стола стоялъ огромный чанъ съ водою -- какъ для утоленія жажды раненыхъ, такъ и для обмыванія и перевязыванія ихъ ранъ.
Множество женщинъ, которыя всѣ дѣйствовали въ попыткѣ овладѣть мостомъ, ухаживали за ранеными и услуживали имъ. Клелія, Джулія и Ирена -- были между ними. Камилла, отъ горя о смерти Сильвія, снова какъ бы потерявшая разсудокъ, машинально дѣлала то же, что и другія.
-- Да, говорилъ Аттиліо Ораціо:-- много я видѣлъ сраженій, но ничего подобнаго сегодняшней свалкѣ не помню. Утѣшительно только одно, что римляне ведутъ себя достойно своихъ предковъ. Всѣ спокойны и веселы, какъ будто ничего особеннаго не происходитъ, а между тѣмъ намъ придется выдержать натискъ такой массы войска, что едва-ли кто изъ насъ уцѣлѣетъ...
-- Да, но прежде чѣмъ они ворвутся сюда -- многихъ своихъ и они не досчитаются.
Между тѣмъ, какъ описиваемое мною происходило въ Трастеверіи, отрядъ, предводительствуемый Кувки, Гверцони, Босса, Адамоли, и другими -- тоже дѣйствовалъ съ отчаянною храбростью.
Взрывъ казармы зуавовъ былъ условнымъ сигналомъ открытія дѣйствій со всѣхъ сторонъ. Отрядъ этотъ, постоянно увеличивавшійся отъ сбѣгавшихся отовсюду волонтеровъ, успѣлъ обезоружить множество солдатъ, испуганныхъ взрывомъ. Тѣхъ, это сопротивлялся, убивали, поэтому въ оружіи недостатка не было. Взрывъ, впрочемъ, произвелъ много шуму, а причинилъ мало вреда, вѣроятно, потому, что порохъ былъ отсырѣвшій или его было недостаточно. По крайней мѣрѣ клерикальныя и правительственныя газеты на слѣдующее утро увѣряли, что на воздухъ взлетѣли одни музыканты, все итальянцы, иноземцы же всѣ остались здравы и невредимы. Дѣло въ томъ, что убитыхъ между зуавами оказалось дѣйствительно много, а всѣ уцѣлѣвшіе выскочили на улицу, построилась въ боевой порядокъ и открыли жестокій огонь по народу.
Отрядъ Кукки завязалъ съ этимъ войскомъ схватку; схватка была ужасная по сравненію численности отряда Кукки съ массами войска, но защитники Рима -- поддерживали ее съ энергіей почти невѣроятной...
Въ то же время, когда завязалась эта отчаянная схватка у казармъ зуавовъ, Гверцони и Кастеляци, развѣвая знамя освобожденія, осадили съ нѣкоторымъ числомъ молодежи ворота св. Павла, такъ-какъ они знали, что за ними находился значительный складъ оружія. Для этого перебивъ всѣхъ гвардейцевъ, сторожившихъ ворота, они набросились на складъ. Оружія тамъ оказалось дѣйствительно много, но тамъ же ждала ихъ засада многочисленнаго войска, такъ что и имъ пришлось выдержать жестокую борьбу съ неравными силами и ничего не достигнуть.