Папскія же войска, подкрѣпленныя двадцатью тысячами французовъ, чувствовали себя сильными, и забыли, какъ часто волонтеры обращали ихъ въ бѣгство, а не разъ великодушно оставляли имъ самую жизнь {Напримѣръ, при Монтеротондо, послѣ того, какъ наемщики, наперекоръ всякому праву войны, убили парламентера маіора Тестори. (Прим. авт.)}.
Когда итальянцы сражались въ Америкѣ, то (при С.-Антоніо) имѣя множество раненыхъ, они на своихъ плечахъ и на лошадяхъ перенесли ихъ всѣхъ, чтобъ не оставить ни одного своего раненаго живымъ въ рукахъ жестокихъ каннибаловъ {Ужасно признаваться, но итальянцы вынуждены были собственными руками убить одного смертельно раненаго, чтобы спасти его отъ мученій, какимъ способенъ былъ подвергнуть его непріятель. (Прим. авт.)}.
Папскіе же солдаты не отступаютъ передъ каннибальствомъ.
Такъ послѣ славнаго дѣла при Монтеротондо, 25-го октября, волонтеры вынуждены были оставить трехъ раненыхъ. Солдаты, сопровождавшіе ихъ транспортировку въ Терни, изъ звѣрства на дорогѣ закололи ихъ штыками {Историческій фактъ. (Прим. авт.)}.
О, итальянцы! не оставляйте никогда своихъ раненыхъ на жертву папскимъ войскамъ!
И наши герои, какъ ни были они утомлены и измучены, какъ ни мало было имъ времени, все-таки озаботились тѣмъ, чтобы и раненые были спасены.
Старикъ-рабочій указалъ дверь въ подземелье, и въ него вошли женщины, раненые, и... весьма вѣроятно вошли бы и остальные защитники, съ Ораціо и Муціо, такъ-какъ не оставалось никакой надежды не только побѣдить, но даже продолжать сопротивленіе, еслибы...
Еслибы и тутъ, какъ почти всегда въ Италіи, не нашелся предатель...
Воспользовавшись суматохой, онъ написалъ на бумагѣ наскоро нѣсколько словъ, которыми извѣщалъ враговъ объ отступленіи осажденныхъ, и выбросилъ эту бумажку за окно.
Ее подняли и прочитали, и такъ-какъ защитниковъ дѣйствительно почти не было на баррикадѣ, то войска немедленно снова бросились въ аттаку, и въ нѣсколько минутъ уже могли ворваться на фабрику...