10-го іюня.
Версты три проѣхали еще. Мертвая тишина. Луна ярче свѣтитъ, но и тѣней отъ земли много, и напрасно въ обманчивомъ проблескѣ ищешь отчетливыхъ образовъ. Такъ же неопредѣленны, такъ же неуловимы, какъ мысли, ощущенія.
Что-то какъ будто шевелится въ сторонѣ, въ группѣ изъ нѣсколькихъ деревьевъ.
-- Ну, этакъ и дѣйствительно пріѣдемъ къ японцамъ.
Всь мы сознаёмъ это, но, точно подъ какимъ-то очарованьемъ, дрезина катитъ дальше.
-- Кто?
-- Разъѣздъ приморскаго полка,-- отвѣчаетъ голось изъ темноты.
-- Старшій!
Изъ темной тѣня деревьевъ выходитъ рослый кавалеристъ. Онъ подходитъ къ намъ, видитъ офицера, прикладываетъ руку къ козырьку.
-- Опусти... Сколько васъ?