Какъ-то незадолго до возстанія Верховскій, проѣзжая по линіи, наткнулся на возмутительную сцену расправы китайцевъ со своимъ же подрядчикомъ. Онъ въ чемъ-то ихъ обсчиталъ, а они бросились на него, избили и, пока В. подъѣжалъ къ нему на выручку, успѣли загнать ему подъ ногти заостренныя щепки. Говорятъ, что это страшно мучительная пытка, Тотъ, кому приходилось съ размаху захлопнуть свой палецъ въ дверяхъ, имѣетъ нѣкоторое понятіе объ этой боли.
В. передавалъ потомъ объ этой пыткѣ съ содроганіемъ и страшно взволнованъ былъ и огорчемъ.
-- Китайцы -- это совершенныя дѣти, со всѣми прекрасными качествами дѣтей. И ласковыя, и довѣрчивыя, и безсознательно жестокія дѣти. Видѣли, какъ дѣти мучатъ муху, щенка, котятъ? Крики боли ихъ только раздражаютъ.
Думалъ ли тогда несчастный В., что такъ ужасно на немъ самомъ практика жизни оправдаетъ его теорію?
Какъ онъ погибъ? Опросъ очевидцевъ оставиль впечаілѣніе, что они упорно о чемъ-то умалчавали. Уже потомъ изъ неясныхь обмолвокъ нѣкоторыхъ сложилось впечатлѣніе, что его просто-напросто бросили, какъ раненаго, какъ побросали и другихъ раненыхъ и отсталыхъ. Такъ бросили жену одного техника. Такъ погибли дѣти, мученія которыхъ перо отказывается описывать. Пытали и мучили, несомнѣнно, и Верховскаго. На это имѣются нѣкоторыя указанія очевидцевъ его казни. Такъ, старикъ-китаецъ видѣлъ, какъ однажды утромъ притащила толпа къ городскимъ воротамъ большого капитана. Онъ ужъ не могъ итти, и его волочили, издѣваясь надъ нимъ. Нa другой день его казнили: отрубили голову. Эта голова была посажена въ клѣтку и выставлена на шестѣ. Возвратившіеся русскіе чрезъ нѣсколько дней послѣ казни видѣли эту голову и всѣ единогласно признали ее за голову Верховскаго. Пришедшая потомъ сотня казаковъ, знавшая покойнаго, также единогласно признала голову, хотя голова эта, зарытая въ землю и вновь вырытая, уже значительно разложилась. Но цвѣтъ волосъ и общій контуръ еще сохранились. Потомъ стали смѣшивать, говорили, что это голова одного техника, въ общемъ похожаго на В. и тоже погибшаго. Но это было уже въ тотъ періодъ, когда голова совсѣмъ почти разложилась. И все-таки еще сохраниля какой-то шрамъ, бывшій у покойнаго. В. И., который еще въ клѣткѣ видѣлъ голову. Говорили, что сомнѣнія никакого не было, что голова эта Верховскаго. Этотъ же китаецъ, который видѣлъ, какъ тащили Верховскаго въ городъ, удоъстовѣряетъ, что все время мужество не оставляло несчастнаго. По обычаю казни ему предложили стать на колѣни, но въ отвѣтъ на это онъ, собравъ послѣднія силы, плюнулъ въ лицо тифангуана.
Разыскивали его тѣло. Китайскія власти при этомъ виляли, какъ умѣеть только вилять китайская администрація. Послѣ долгихъ и настоятельныхъ требованій принесли наконецъ гробь въ полурусскомъ стилѣ и въ гробу какія-то косточки. На глазъ ихъ опредѣлили костями теленка, но пріѣхавшій докторъ удостовѣридъ, что это кости ребенка не свыше двѣнадцатилѣтняго возраста.
Относительно пропавшей жены техника китайская администрація въ Мукденѣ проявила еще большую изворотливость.
Сперва говорили:
-- Ищемъ и непремѣнно найдемъ.
Затѣмъ пронесся слухъ, что нашли. Нашли и везуть уже. Везли мѣсяца три. И все это время мужъ томился въ Мукденѣ. Наконецъ привезли и собрались всѣ съ большимъ почетомъ встрѣтить. Но каково же было удивленіе всѣхъ, когда изъ китайской каретки вышла... чистокровная китаянка въ своемъ національномъ коспомѣ.