-- Да, конечно. Хотя и отвлекался постоянно своей прямой работой: не перепутать соединенія, возстановленіемъ линіи, гдѣ оборвалась.
-- Большія были у насъ потери отъ артиллерлйскаго огня?
-- Ничтожныя, а въ блиндажахъ и совсѣмъ не было раненій. Это очень ободрило солдатъ, и она чувствовали себя отлично. Вообще всѣ эти дни духъ войска былъ превосходный, а особенно утромъ двадцать перваго послѣ телеграммы генерала Зарубаева о побѣдѣ надъ Куроки.
-- Кто сообщилъ объ этомъ генералу?
-- Это было въ насъ ночи съ 20-го на 21-е. Я соединилъ генерала съ Таучендзы, стоянкой командующаго. Словъ изъ Таучендзы я не слышалъ, но вдругъ лицо генерала Зарубаева просіяло, и онъ спросилъ: "Могу я сообщить войскамъ эту радостную вѣсть?" Очевидно, результатомъ и была утренняя телеграмма генерала. А черезъ два часа послѣ этой была другая шифрованная телеграмма генерала, и мы сейчасъ же начали-было отступать. Японцы, видя, что мы уходимъ, бросились-было на второй фортъ, но ихъ отбили, возвратившись опять назадъ въ окопы, а въ это время была получена третья телеграмма -- отложить отступленіе до вечера. Отступали мы въ полномъ порядкѣ и только на другой день. Японцы имѣли возможность обстрѣливать насъ,-- наши четыре моста чрезъ Тайцзы,-- но не обстрѣливали. Получалось такое впечатлѣніе: начнете стрѣлять -- назадъ воротимся.
-- Ну что жъ, какъ войска отнеслись къ отступленію?
-- Были удивлены, грустны, но совершенно спокойны. Я говорю вамъ -- за все время было удивительное настроеніе. Никто солдатамъ не говорить, на сами они всѣ отлично понимали положеніе дѣлу. Командующій ушель, чтобы сразиться съ Куроки, разбить его, а имъ надо было держаться это время въ Ляоянѣ. И они держались бы до тѣхъ порь, пока у нихъ были бы снаряды.
-- А снарядовъ было довольно?
-- Я не знаю.
-- Хорошо были укрѣплены форты? Можно было держаться?