Дворянскій поѣздъ остается въ Харбинѣ, а наши вагоны прицѣпливаютъ къ воинскому артиллерійскому поѣзду. Это одинъ изъ эшелоновъ сибирскаго четвертаго корпуса.
Съ нами же ѣдетъ дальше и М. А. Стаховичъ. Мы очень рады такому спутнику и устраиваемъ его въ нашемъ вагонѣ.
Въ окнахъ виднѣется все та же спокойная и безмолвная степь.
Вспоминается что-то далекое, забытое, мирное. Дѣтство, поѣздка на долгихъ, деревни въ южныхъ степяхъ Новороссіи. Дрофа тяжело поднималась и тянулась туда, гдѣ на горизонтѣ, точго насторожившись, выглядывали далекія скирды. Тамъ, въ этихъ степяхъ, бродили мы, маленькія дѣти, смотрѣли на проносящійся поѣздъ, думали, мечтали, всей душой воспринимали радости бытія. Тѣ степи остались, но дѣти ушли, выросли и разошлись по разнымъ дорогамъ жизни.
Иныя степи, иная даль -- чуждая, невѣдомая, передо мной теперь, и напрасно пытливо ищешь въ ней отвѣтовъ на всѣ мучительные вопросы.
Отъ Харбина къ югу начинаются обработанныя поля. Обработка огородная: самая тщательная, рядовая, съ прополкой до послѣдняго корешка. Осенью послѣ уборки опять будутъ полоть, выдернутъ и злаковые корни и все снесутъ въ компостныя кучи, сперва сжигая, какъ топливо, это корни. Эти кучи -- украшеніе усадьбы -- стоятъ передъ домами, черныя, вонючія, и чѣмъ ихъ больше, тѣмъ богаче владѣлецъ.
Отъ картинъ природы въ окнахъ нельзя оторвать глазъ. Столько манящей ласки, нѣги и покоя въ этомъ весеннемъ днѣ, въ этихъ разбросанныхъ рощахъ, далекихъ деревняхъ. Садится солнце, горятъ на горизонтѣ одинокія деревья, и все новая и новая развертывается даль, и уходятъ поля и сливаются тамъ на горизонтѣ съ золотистою далью уже небесныхъ полей. И такъ безмятежнозпрекрасенъ этотъ задумчивый видъ догорающаго дня.
Станція. Сѣрое изъ дикаго камня зданіе съ китайской крышей изъ гонта, выгнутой и приподнятой къ краямъ. Постройки кругомъ. Ѣдущій съ нами пограничный офицеръ дѣлаетъ тревогу, и на выстрѣлъ въ нѣсколько минутъ собираются конный и пѣшій отряды. Пѣшій маршируетъ по платформѣ, весь поѣздъ высыпалъ и смотритъ. Красавцы-артиллеристы нашего поѣзда, гиганты, смотрятъ, какъ усердно отбиваетъ землю пѣхота изъ маленькихъ въ папахахъ солдатъ и ѣстъ глазами начальство.
Нашъ гепералъ выражаетъ одобреніе офицеру за быстроту, но вникаетъ во всю постановку обороннаго дѣла и не совсѣмъ удовлетворевъ отвѣтами. Онъ находитъ, что отрядъ разбросанъ, можетъ быть по частямъ отрѣзанъ, и нѣтъ удобнаго сборнаго пункта.
-- Вотъ эта круглая водокачка, немного увеличенная, если бы была ближе поставлена, могла бы служить прекрасной цитаделью, съ бойницами, со складомъ боевыхъ припасовъ, провіанта. Тутъ нѣсколько человѣкъ могутъ какъ угодно отсидѣться, пока придеть помощь.