-- Вотъ я по какому дѣлу: дайте, Христа ради, дровъ: варить нечѣмъ. Эти походныя кухни ничего не стоятъ безъ дровъ, сколько ни жги гаоляна -- все сырое... Вы понимаете, если солдатика не покормить... Если позволите, я еще выпью: ужасная жажда.
Онъ, мѣдно-красный, вытираетъ платкомъ потъ съ лица.
-- Такъ вотъ, какъ видите: къ вамъ, желѣзнодорожникамъ,-- выручайте.
Я объясняю ему, что я ни при чемъ, и посылаю въ контору за начальникомъ участка.
Входитъ въ это время второй посѣтитель -- генералъ. Высокій, сухой и сѣдой генералъ. Тоже къ начальнику участка.
Третій посѣтитель: жандармскій полколковникъ, главное лицо по этой части въ арміи, при штабѣ. Входятъ еще нѣсколько посѣтителей, и наконецъ появляется начальникъ участка -- худенькій, щуплый инженеръ въ бѣломъ кителѣ.
Кавалеристъ, успѣвшій уже всѣмъ по очереди сообщить, что онъ съ четырехъ часовъ на лошади, что съѣлъ всего четыре редиски и выпилъ, первый бросается къ пришедшему.
-- Mille pardons... выручайте: солдаты сидятъ голодные, только-что пріѣхали... Хоть полкуба дровъ... Что бы ни стоило...
-- Надо только квитанцію!
-- Тѣмъ лучше.