Я задохнулся от охватившего меня чувства.
Толпа заволновалась.
– Да, если бы собаку тут захватить, неужели же пожалели бы?
– Да прямо его в огонь бы.
– А теперь, знамо, где его сыщешь? Ни руки, ни ноги он своей не оставил…
– Грешить только станешь…
– Дело Божье видно, – покориться надо.
– Надо покориться, сударь, – говорил Фёдор Елесин, – от пожару никто ещё не разорялся, а виноватого Господь сыщет.
– Сыщет, – уверенно подхватила толпа. – Человек не найдёт, а Бог найдёт.
Начались рассказы каждого, как его жгли, как он оставлял всё на волю Божию, как сжёгшего, в конце концов, постигала кара Божия, а они-де, рассказчики, и посейчас лучше прежнего живут.