– Рыба ещё лучше станет, жи-и-рная, – заметил Керов.
– Ты, что ль, есть её станешь? – спросил я.
– А хай ей, – отплюнулся Керов.
– Толкуете о Боге, – заметил я, – а делаете дела такие, которые делались тогда, когда истинного Бога не знали, жили как чуваши, на чурбан молились. Тогда и таскали опойцев в пруд, а вы и до сих пор отстать от этой глупости не можете. Грех это, тяжкий грех!
– По-нашему, быдто нет греха.
– По-нашему! – передразнил я, – а ты батюшку спроси.
Перепись кончилась.
– Ну, спасибо, старики, – сказал я, вставая. – Видит Бог, не пожалеете, что согласились на мою волю. Станете, по крайней мере, в одну сторону думать.
– Знамо, в одну. Теперь уж некуда деваться.
– Начинайте с Богом новую жизнь. С Божьей помощью, с весёлым сердцем, принимайтесь за работу. А чтобы веселее было, вот что я вам скажу кстати. Строения ваши ни на что не похожи. Кто желает новые избы или починиться, для тех я назначу в Поляном продажу леса. Против других деревень уступаю вам третью часть, а деньги зимой работой.