-- Винокуренный завод.
Я молча замотал головой.
-- Паточный, переделывать в муку, откармливать скот; но без корнеплодов наше дело не пойдет.
Пятый год -- тарелочная чечевица и горох Виктория.
-- Здесь необходима срочность доставки,-- заметил Лихушин.-- В Кенигсберг и Данциг купцы, покупающие чечевицу, съезжаются к августу и к ноябрю разъезжаются. Под конец всегда цена падает и к ноябрю падает процентов на тридцать. При гужевой доставке мы, конечно, к сроку не попадем никогда.
-- Значит, опять железная дорога?-- спросил я.
-- Без нее трудно с культурным хозяйством.
-- Если и совсем не невозможно. Шестой год -- подсолнух.
-- В первый севооборот,-- заметил Лихушин,-- я два раза ввожу масличные. Прежде всего все с той же целью -- уничтожение сорных трав, затем против подсолнуха у нас в значительной степени существует ложное предубеждение. Если взвесить все обстоятельства, то подсолнух при правильном его использовании приносит почве больше пользы, чем зла. Говорят, подсолнух истощает почву и главным образом за счет калиевых солей, но корень подсолнуха уходит в почву на три четверти аршина, и свой кали он берет оттуда, из того сундучка, которого, все равно, людям не достать. Этот кали он сосредоточивает в стебле своем, главным образом в шляпке своей, и только часть его, сравнительно меньшая, уходит в зерна. Если, следовательно, эту шляпку и стебель пережечь и возвратить назад почве, то мы только сделаем выгодное перемещение из подпочвы в почву. А глубокая пашня, полка, закон оттенения -- все это тем более улучшит землю.
Седьмой год -- пшеница или овес, а по нем люцерна.