-- Сверхчеловек вы, что ли?
-- Ерунда.
Но однажды, прижатый к стене, он изложил, наконец, свои взгляды.
-- В сущности, если отделить всю его отсебятину,-- резюмировал Сажин,-- получается теория государственного социализма в буржуазном государстве с прибавкой русского чиновника: не ново во всяком случае.
-- Ерунда,-- авторитетно махнул рукой Галченко.
-- Сами вы, друг мой, ходячая ерунда,-- на этот раз как союзник Сажина ответил ему Геннадьич.
Галченко, конечно, не обратил никакого внимания на слова Геннадьича.
Галченко по целым дням где-то пропадал.
Иногда видели его где-нибудь евшим с крестьянами в поле.
Однажды, гуляя, Галченко забрел верст за десять от Князевки и устал. На лугу паслись чьи-то лошади, и Галченко, долго не думая, сел на одну из них и поехал назад в Князевку. Очень скоро после этого его нагнали и со всех сторон окружили верховые крестьяне.