-- Потому что они сами себя обрекли на бездейсгвие. Они говорят: надо вот что. С этим "надо", как с скрижалями, они сидят. Как делать, что делать -- ответа нет, и все попытки ответить потерпели крушение. Время сделает свое дело, но не они...
-- Вы, следовательно, не признаете за ними никакой прогрессивной роли?
Голос Геннадьича сделался сухой, долбящий.
-- Признаю, все признаю: и роль их в деле нашего прогресса, и преемственность, и даже жизненную роль в будущей практике жизни, как представителей громадного класса мелких земельных собственников.
-- Я никогда вам не поверю,-- заговорил более спокойно Геннадьич,-- чтобы вы могли сочувствовать проекту отрывать крестьян от земли, бросать их на рынок, из собственников превращать в пролетариев...
-- Кто же этому сочувствует...
-- Давайте же петь, господа!
Позвали доктора.
-- Петь так петь,-- согласился Геннадьич.
Посев кончился, и зазеленела земля, мы собирались выступать уже на изыскания, когда давно ожидавшееся, впрочем, несчастие совершилось: доктор Константин Иванович Колпин скончался.