-- Э... а вот ваши "арендатели"... э... (он показал на крестьян) они просят вас... э... сделать им честь отслужить молебен у креста, их иждивением выстроенного...
Я стоял, смотрел кругом... как будто все то же, те же лица... они кланяются заискивающе, подобострастно, как-то смешно и, не довольствуясь еще, усердно кивают мне головами.
Опять заговорил Петр Иванович:
-- Э... они желали бы поднести вам по случаю при езда хлеб-соль... Э... впрочем, лучше сперва отслужить молебен... Впрочем, как прикажете...
Дело в том, что двое уже шли ко мне: староста с бляхой и все тот же Родивон.
Хлеб на металлическом блюде. Традиционных кур, яиц, поросят не было и в помине.
Я вынул было деньги, чтобы, по обыкновению, поблагодарить крестьян, но Родивон строго и решительно отрезал:
-- Не надо!
Староста за ним, прокашлявшись, с ноткой сожаления, тоже тихо повторил:
-- Нет, уж не надо...