Старушка вздохнула, отогнала свои мысли и, качая головой, проговорила:
– Хоть и новые… хоть двести пудов уродит, да цен нет, – хуже голодного года и будет.
– Да, выручки не будет.
– Сколько опять помещиков съехалось по своим усадьбам, – качнувшись на своём стуле, вставил становой, – губернатора ждут.
– Что, батюшка, твой губернатор здесь поделает?
– Ничего, конечно, не поможет: не свои же вам деньги даст.
– Когда, по завещанию мужа, отпускала я своих мужиков на волю, – и-и! – На меня тогдашний-то как! Что вы делаете? Вы мне всю губернию взбунтуете. А через восемь лет всем волю дали.
– Ну, так ведь это когда было… Конечно, губернатор тот вам пустое толковал, – фыркнул становой.
– Ох, батюшка, чем, чем, а задним-то умом крепки мы… Назад оглянешься, всё там, как на ладонке, видишь…
– А вперёд-то тоже, – усмехнулся становой, – пожалуй, загадывай… Другой раз за это так влетит нашему брату, что и думать забудешь.