-- Нет уж, Федор, не взыщи!.. Мы тебя пороть станем,-- отвечал ему староста,-- если не погонишь вместо сына, а уж там с сыном -- твое дело...
И, как ни бился со стариками Федор, а пришлось-таки уступить и гнать с Ванькой назад в поле овец. Гнал Федор овец и на чем свет ругал сына:
-- Ну, погоди ж, погоди ты, треклятый, черт черный! Треклятый! И уродился в кого? Во всем роду черных не было: черный да лохматый, черт треклятый, угольные твои глаза!
А "черт треклятый" продолжал себе лежать там же, где и лежал.
-- Убью!-- заревел благим матом Федор еще издали и подбежал к сыну.
Петр медленно приподнялся и, сидя на земле, ждал отца.
-- Пасти не стану! -- угрюмо бросил он отцу.
-- Убью! -- завопил отец и заметался перед сыном.-- Говори, Иродово семя, отец я тебе или нет?
Петр угрюмо потупился и молчал.
Федор еще подождал и с размаху ударил сына в лицо.