-- Нет, Володя... плавать я больше не мог! -- серьезно сказал Болотов. -- Эта болезнь сидела во мне с детства, и с каждым голом силы мои все падали и падали... И я считал нечестным оставаться далее на службе!
-- Почему?
-- Я занимал бы место, на котором другой, здоровый человек принесет больше пользы...
Наступила пауза. Владимир ходил, а Болотов углубился мыслями в прошлое.
-- Да... море... -- продолжал Степан Васильевич. -- Милое море!
И вдруг он загорелся внутренним огнем и стал быстро говорить племяннику, а на щеках выступили два ярких красных пятна:
-- Ты не можешь себе представить, как хорошо на море дышится! Выйдешь, бывало, из душной каюты на палубу... Кругом -- безграничный простор... воздух... да какой воздух!.. Чувствуешь, что с каждым подъёмом груди в нее врываются жизнь... здоровье... свежие силы!..
Владимир подошел к столу и заглянул в книгу, которую читал Болотов.
На лице его выразилось изумление.
-- Что это у вас: Евангелие?..