-- Ну, конечно!
Пришли в сад и долго гуляли по дорожкам, среди чащи кустов. Лиза расспрашивала о Петрограде, интересовалась жизнью большого города, спрашивала про театры, собрания. Небо было темное, но свободное от туч, покрытое звездами. На другом берегу, отлогом и песчаном, пряталось в деревьях рыбацкое селение и волчьими глазами горели в мазанках тусклые огни... Вдали что-то чернело узкой черной полосой, и был это, очевидно, лес, убегавший к горизонту... Тихо плескались волны Днепра о прибрежные камни и шуршала в камышах запоздавшая льдина... Но весь лед прошел еще на прошлой неделе и оставил только реке запах сырости, да смутный туман, поднявшийся над водой.
Не было холодно, но Петр Иванович поднял воротник пальто и плотно сжал под скамейкой ноги.
Это заметила Лиза и участливо спросила:
-- Неужели вам холодно?
-- Не особенно... Но я вообще слаб здоровьем!.. Теперь весна, самое опасное для меня время!
-- Может быть, уйдем?
-- С полчасика еще можно посидеть... А там уже и опасно!
Стал осторожно расспрашивать Лизу о родителях, где училась, как провела детство. Но девушка отвечала с неохотой, и Петр Иванович замолчал. Узнал только, что в данный момент Лиза сирота, что есть где-то у неё многосемейный дядя, которого она не видела уже лет восемь. Училась она в Костромской гимназии, но не окончила и вышла из пятого класса. Сюда же попала лет восемь назад, приехав бонной в семью инженера, прослужила у него три года и вот уже пять лет служит в колбасном магазине. И с удовольствием ушла бы оттуда, если бы подвернулось что получше.
Чувствовал Петр Иванович, что Лиза не совсем с ним откровенна, многое скрывает, не договаривает, но решил, что все это от застенчивости, от недоверия к людям, и не стал больше расспрашивать. А вот о себе рассказал многое, особенно из периода университетской жизни; как голодал, боролся за существование. Но не осталось у него горечи и злобы на людей, а, наоборот, -- любит он всех, верит, хочет, чтобы верили и ему... Любить природу, и особенно нашу, русскую, такую печальную, как и сама русская жизнь... И травку, что растет у него в саду, и кустик сирени, и свою грядку с капустой... И во всем видит жизнь, стремление к солнцу, к выси небесной...