– Хотите завтра покататься на лодке?
Тёма, замирая от счастья, восторженно ответил:
– Хочу.
Касицкий тоже изъявил согласие.
– Так прямо из гимназии и пойдем. Сначала пообедаем у меня, а потом и кататься.
Вопрос у Тёмы был только в том, как отнесутся к этому дома. Но и дома он получил разрешение.
Прогулки по морю стали излюбленным занятием друзей в третьем классе. Зимой, когда море замерзло и нельзя было больше ездить, верные друзья ходили по берегу, смотрели на расстилавшуюся перед ними ледяную равнину, на темную полосу воды за ней, там, где море сливалось с низкими свинцовыми тучами, – щелкали зубами, синели от холода, ежились в своих форменных пальтишках, прятали в короткие рукава красные руки и говорили всё о том же море. Главным образом говорил Данилов; Тёма с раскрытым ртом слушал, а Касицкий и слушал, и возражал, и развлекался.
– А вот я знаю такой случай, – начинал, бывало, Касицкий, – один корабль опрокинулся…
– Килевой? – спрашивал Данилов.
– Килевой, конечно.