- Только выдайте!
- Мы не выдадим, но не потому, что испугались твоих угроз, - ответил с достоинством Иванов, - а потому, что к этому обязывают правила товарищества. Но это такая гнусная гадость...
Тёма только взглядом ответил на так отчетливо выраженные Ивановым его собственные мысли.
Спорить было поздно. Бошар уже входил, величественный и спокойный. Он поднялся на возвышение, стал спиной к стулу, не спеша положил книги на стол, оглянул взглядом сонного орла класс и, раздвигая слегка фалды, грузно опустился.
В то же мгновение он вскочил, как ужаленный, с пронзительным криком, нагнулся и стал щупать рукой стул. Разыскав иголку, он вытащил ее с большим трудом из сиденья и бросился из класса*.
______________
* Прошу читателя иметь в виду, что речь идет о гимназии в отдаленное время, т.е. 20 лет тому назад. (Прим. Н.Г.Гарина-Михайловского.)
Совершенно бледный, с провалившимися вдруг куда-то внутрь глазами, откуда они горели огнем, влетел в класс директор и прямо бросился к последней скамейке.
- Это не я! - прижатый к скамье, в диком ужасе закричал Тёма.
- Кто?! - мог только прохрипеть директор, схватив его за руку.