- Конечно, ежели, к примеру, хороший господин... - поддержал старика мастеровой.
- То ись, вот какой господин - что тебе, солдату, полагается, значит, бери, а водку особо. Вот какой господин!
Этот довод окончательно убедил толпу.
- Такому господину и послужить можно!
- Известно, можно!
- То вже не то що як, а то господын...
А старик уже сидел на возу и только молча одобрительно кивал головой на сочувственные отзывы толпы. Сидел и Тёма, укутанный в свиту, с наслаждением прислушиваясь к словам старика.
- Ты хорошо знаешь моего отца? - спрашивал Тёма.
- Ах ты, мой милый, милый! - говорил старик, - отца твоего я во как знаю. Я двадцать лет его изо дня в день видал. Этакого человека нет и не будет! Он за тебя и душу свою, и себя самого, и рубаху последнюю снимет! Вот он какой!
Тёма уж так расстроился, что не мог удержаться от слез; слезы радости, слезы счастья за отца текли по его щекам. Ватага не отставала от Тёмы и вся шла тут же возле телеги.