Конон Львович повернулся и крикнул:
– Андрей, принеси хлеб, сало, пшено.
Немного погодя из табора вышел Андрей, а за ним невдалеке и Конон. Оба шли без шапок. Андрей пришел и подал панычам черный хлеб. Конон Львович отломил, сам попробовал и передал молодым людям.
– Какой же еще хлеб?!
Корнев и Карташев попробовали и сделали неопределенные физиономии: кажется, хорош?
– Хиба ж такой хлиб можно исты? – спросил Конон, впиваясь своими ястребиными глазами в Корнева.
– Хлеб действительно, кажется, как будто…
Корневу очень хотелось поддержать Конона.
– Як тисто, – подсказал Конон, – мокрый.
Конон Львович равнодушно молчал.