– Ура!
И громче всех кричал я:
– Ура!
Нас с Бортовым заставили целоваться.
Мы встали, качаясь, подошли друг к другу, обнялись и упали.
Смеялись все – и мы, лежа на полу, смеялись.
И мы опять сидели за столом. По временам на меня вдруг находило мгновенное просветление. Я заметил, что Клотильды уже нет между нами, что-то вспомнил и сказал печально Бортову:
– Пропили мы Клотильду.
В другой раз я заметил, что не только мы с Бортовым, но и все пьяны.
Альмов высунул язык перед каким-то офицером, уверяя, что видит свой язык в отражении медного лба офицера.