– Да чего же? и я сниму, – угрюмо ответил Еремин.
– Только не наври…
Еремин не удостоил ответом уходившего инженера.
Вальнек совершенно растерянно шел за цепью, кричал до хрипоты, был весь в поту, отмахивался руками и книжкой от комаров, смотрел с ужасом на свои окровавленные руки от раздавленных, напившихся его же кровью комаров, щупал волдыри и путал, путал и путал.
– Стойте! – грубо остановил его инженер.
Голос Вальнека, оравшего на рабочего, оборвался на полуноте.
Рабочие с любопытством положили цепь, бросили колья, смотрели на инженера и вполголоса, так, чтоб он слышал, делились впечатлениями о бестолковых распоряжениях Вальнека.
– Зевает, зевает, а ничего по делу не растолкует… Точно с цепи сорвался.
– Сбил нас вовсе… Вишь, народ точно не свой стал…
– Разыскал же этакого…