– Едем, – согласился я.
И после этого решения и я и Бортов вдруг повеселели, оживились. Вспоминали наше инженерное училище, учителей и весело проболтали всю остальную дорогу до города.
В квартире Бортова нас встретил немного смущенный Никита.
– А я сейчас верхом хотел ехать: прибежал на пристань, а катер перед носом: фьють…
– Я, значит, там один бы сегодня сидел?
– Ну, так как же один? – отвечал Никита, – опять же удвох бог привел.
И успокоенным голосом Никита сказал, как говорит возвратившаяся из города нянька:
– А я вам, ваше благородие, турецкую шапочку купив, щоб с голой головой не ухватить якой хвори.
И Никита вынул из одного из свертков голубую феску.
– Глаза у вас голубые и хвеска голубая.