Я не стал заставлять просить себя и велел оседлать себе три дня тому назад еще одну купленную за пятьдесят рублей донскую лошадь – Казака. Это была высокая и неуклюжая, как верблюд горбатая, красно-гнедая лошадь.
– Зачем вы не хотите ехать на Румынке? – спросила Клотильда.
Мне просто было стыдно ехать с дамой на лошади в чепчике.
– А Казак уносной, – возразил Никита, – свалит куда-нибудь в овраг…
– Не свалит, – ответил я.
– Что он говорит? – спросила Клотильда.
– Он говорит глупости, – сказал я.
– Когда ваш дом будет готов? – спросил меня Бортов.
– Я надеюсь в четверг перебраться.
– Я заеду к вам на новоселье, – сказала Клотильда.