- Да, на социальной почве он слаб. Его заело в значительной степени славянофильство, уверенность, что мы, русские, из другого теста созданы. Он носится со своей общиной, как ячейкой будущей социальной формы, забывая, что у нас эта община такой же пережиток, каким в свое время она была и на Западе. Наша община прежде всего фискальная, служащая интересам только правительства, и в той форме, как она существует, по-моему, источник только всякого мрака. В этом вопросе я, впрочем, расхожусь почти со всеми. По-моему, единственный Глеб Успенский не вводит себя в обман относительно общины. И видишь, раз дело перейдет на политическую борьбу, тогда само собой все эти вопросы отойдут на задний план.
- Ну, а деньги у вас есть для борьбы?
- Насчет денег - трудно!
- Я хотел тебе сделать подарок, но не знаю, деньгами или подарком.
- Деньгами, конечно! - весело рассмеялась Маня.
- Я тебе дам пятьсот рублей.
- Ты с ума сошел! Больше пятидесяти не возьму.
Карташев стал убеждать, и Маня скоро согласилась.
- Давай! - сказала она. - Все равно так же пропадут, отдашь первому встречному или украдут…
Карташев вспомнил Леонида и рассмеялся.