- Он будет министром, - согласилась Аглаида Васильевна.
- Я тоже думаю, что будет, - согласилась Маня, - потому что министры, мне кажется, из такого теста и делаются: "Кто вам сказал, что я хочу быть справедливым?"
- Ну, а Борисов как вам понравился?
- Умный, дельный, - ответила Аглаида Васильевна, - установившийся вполне…
- Кто к нам подойдет, - вставила Маня, - а уж мы ни к кому не приспособимся: уж извините… С Аней они очень подружились.
- Что ж? - согласилась мать. - Аня подошла бы к нему.
- Думать, как хочет, не мешала бы, - вставила опять Маня, - а рубашка чистая всегда была бы.
- И рубашка и обеды, - говорила Аглаида Васильевна, гладя роскошные русые волосы Ани, - и ровная, ласковая, как ясный день. Там пусть мужа на трон посадят другие, - пусть сбросят его в самую преисподнюю, а с ней все тот же ясный день.
- Вот, вот - кивнула Маня, - теперь ты, Аня, заплачь…
Аня, взволнованно оттопыривая пухлые губки, с глазами, полными слез, ответила: