Вместо поезда подали две дрезины.
На первую село старшее начальство с Мастицким, на вторую второстепенное с Карташевым.
Когда подъехали к бездне у моста, начальство с обеих дрезин сошло и отправилось пешком в обход провала. Остался только Мастицкий. Видя это, остался и Карташев, не понимая, зачем он остался, когда даже и рабочие ушли.
Мастицкий не счел нужным объяснить Карташеву, что хотел он делать, а Карташев еще сердился на него за упреки в трусости и не спрашивал.
Скоро, впрочем, выяснились его намерения. Мастицкий стал на свою дрезину и стал вертеть ручку, приводящую дрезину в движение. Дрезина все быстрее стала приближаться к пропасти.
Карташев замер, поняв, что Мастицкий решил переехать пропасть по этому висячему полотну, которое, протянувшись на сотни сажен над бездной и пригнувшись от собственной тяжести, казалось, вот-вот оборвется.
Карташев был близок к обмороку. Его затошнило, зеленые круги показались в глазах, похолодели руки и ноги.
"Подлец! - пронеслось в его голове. - Сам ищет смерти, и чтоб донять, и меня за собой тащит".
Злоба, ненависть, отчаяние охватили его. Он быстро вскочил на свою дрезину и тоже привел ее в движение.
Напрасно Мастицкий кричал ему: