- Здесь уже? - брезгливо проговорил Корнев, увидев Шацкого. - Готов пари держать, что его все принимают за идиота.
Ларио, широкоплечий, коренастый, с круглым румяным лицом, с большими близорукими карими глазами, бойкий только в своей компании и очень конфузливый в обществе, в ответ на слова Корнева прищурился, оглянул платформу и поспешно произнес:
- Послушай, сядем вот в том уголке.
Усевшись на зеленую скамейку подальше от публики, Ларио на мгновение почувствовал себя удовлетворенным, но вскоре опять заерзал.
- Рано приехали... - сказал он, прищурившись.
Помолчав еще, он с напускной бойкостью спросил Корнева:
- А что, Вася, как насчет пивка?
- Пивка так пивка, - ответил Корнев.
- Молодец, - вдруг оживился Ларио, - люблю таких. Гарсон, пару пива! Терпеть я, Вася, не могу всякого этакого собрания.
- А я вот терпеть не могу таких, как этот Шацкий.