- Но тогда нас и за студентов никто не будет считать, - ответил Красовский.
- И не надо...
- Вам не надо, а мы говорим обо всех.
Повенежный, фыркнув, круто отвернулся от Красовского и посмотрел на Карташева.
- Конечно, - уклончиво согласился Карташев.
Поднялся крик и споры, каждый говорил свое.
- Карташев, - заговорил, пользуясь общим шумом, с восточным акцентом черный большой студент. - Вы не помните меня, а я вас помню - мы вместе сидели с вами когда-то в гимназии: я Августич...
- Я помню вас.
- Если те не понимают, то вы понимаете, что делаете... Вы честный человек. Если вам дорога честь заведения, вы должны знать, что говорят о нем. Говорят, что у нас, если в одном конце чертежной кто-нибудь затянет: "На земле весь род людской", - то на другом конце непременно подхватят: "Чтит один кумир священный".
Все рассмеялись. Августич продолжал: