Карташев хохотал до слез.
- Ах, дядя, голубчик, один восторг вы...
Дядя шел быстро, подбирал высоко ноги, улыбался и пренебрежительно повторял:
- Дурень ты, дурень!
Совсем было выехали, как вдруг на вокзале Карташев увидел мелькнувшую Горенко. Сообразив, что и она тоже едет, он наотрез отказался ехать в этот день.
Дядя каждый раз, как племянник проявлял новый каприз, приходил в полное изнеможение. Он бессильно топтался на месте, вытирал пот на лбу и придумывал, как бы опять настроить на лад своего норовистого спутника.
- Но почему же ты не едешь?
- Не все ли равно вам? Сегодня не еду.
- Скажи прямо: может, ты завтра и совсем не поедешь?
- Завтра, честное слово, поеду.