– Ну, а что ж – с голоду подыхать? И квитанцию положил ему на столике: помрет – ничего не надо, а жив останется – недорого… рубль семь гривен только и дали… Купил три фунта сахару, четверть чаю, колбасы там, хлеба, пять десятков папирос, дал горничной на дорогу к тебе – и все!
Ларио, точно извиняясь перед Карташевым, развел руками.
– Да-а… – раздумчиво протянул Карташев.
Оба замолчали.
Горничная возвратилась с квитанцией от телеграммы, поставила самовар и подала его.
– Ну, а этот урок за границу, о котором хлопотал для тебя Шацкий? – спросил Карташев.
– Понимаешь, опять сегодня приходил швейцар: просил прийти… ну, а как? Вот я хотел поговорить с тобой… понимаешь, хоть бы на время, только сходить…
– Да, необходимо… надевай мое платье, – я ведь все равно никуда не пойду… Разве вот не спал ты?
– Это ничего… Разве пойти в самом деле?
– Иди, непременно иди… Может, задаток дадут.