– Что ж, остались бы, – говорит Корнев, – что до меня, я бы был рад.
Он вызывающе смотрит на Наташу, и оба краснеют.
– Смотрите, смотрите, – кричит Маня Корнева, – Вася краснеет! первый раз в жизни вижу… ха-ха!
Все смеются.
– Деточки мои милые, какие ж вы все молоденькие, да худые, да как же мне вас всех жалко! – И старушка Корнева, рыдая, трясет головой, уткнувшись в платок.
– Маменька, оставьте, – тихо успокаивает дочь, – смотрят все.
– Ну и пусть смотрят, – горячо не выдерживает Корнев, – не ругается ж она!
– Голубчик ты мой ласковый, – бросается ему на шею мать.
– Ну, мама, ну… бог с вами: какой я ласковый, – грубиянил я вам немало.
Второй звонок замирает тоскливо.