– Убирайся, убирайся…
– Го-го-го, – смущенно щурился Ларио, когда Шацкий, не желая протянуть ему руки, убегал по коридору, – ты послушай, Миша, твой друг, граф Базиль, так бы не поступил.
– Может быть, может быть… с такими господами, как ты, все может быть.
– Миша, это, наконец, обидно; или давай руку, или я брошу тебе в морду твои деньги, – вспыхнул Ларио.
– Ну, вот… Я говорил… На тебе руку, и черт с тобой!
– Ну, вот так лучше.
– У! животное…
– Ну, прощай, – крикнул снизу лестницы Карташев.
– Прощай… Прощай, Миша, – крикнул Ларио.
– Пошел вон, – раздался из темноты уже веселый обыкновенный голос Шацкого.