Потапов задумался и уставился глазами в землю.
— Я бы тебе сказал басенку, да как бы мое глупое слово пришлось…
— Ну, ну, говори.
— Нашел человек лошадь… нашел и телегу… а упряжи нет. Привязал к хвосту телегу… думал: доеду…
— Ну?
— Не доехал же, — добродушно усмехнулся Потапов…
Так, какой-то туман: таращишь в нем глаза до боли, мерещится что-то и опять тонет в какой-то мгле.
Юстин Александрович — человек совсем другого склада; это богатый, самодовольный мужик, говорит экивоками, хотя и не тип кулака, торгующего своими капиталами. Он первый жнец, первый косарь. Деньги за работу, как говорят крестьяне, платит «все», но и работу, при своем личном примере, получает тоже «всю».
— Беда мне с моими мужиками, — жалуюсь я.
— Беда, сударь… необразованность…