Иван Васильевич с своими оттопыренными ушами, масляными глазками впился в начальника:
— Точно-с, что безумный… В прошлом годе, как недоимки выколачивали… с тех пор и решенье в уме ему вышло…
Иван Васильевич даже голову наклонил и палец, и брови высоко-высоко поднял.
— Ты кто?
— Крестьянин-с Иван Васильев, по фамилии Голыш.
— Фамилия не по платью, — смеряло его начальство. — Богат?
— Живем… Бога не гневим-с… Может, когда с приезду… чайку-с… очень будем рады…
— Если ты хорош, так отчего ж и не приехать? Как он? Хорош? — обратился начальник к сходу.
— Ничего…
— Ты что ж, в запашку идешь?