Охотник Эммануил Дормидонтович до чужих дел: уехал Иван Михайлович, разобрал всласть по косточкам его. Охота бы послушать, зачем приехал и Петр Захарыч, да речь оборвалась, сидят и гость и хозяин, никто ни слова.
— Ну, идти надо…
Видит Иван Васильевич, что как будто обиделся Эммануил Дормидонтович:
— Посидели бы еще…
— Нет, уж пойду.
— На дорожку: посошок. Пожалуйста… В кои годы раз зайдете — пожалуйста.
— Будет…
Не такой человек Иван Васильевич, чтоб так отпустить: выпил-таки Эммануил Дормидонтович, и сердце отлегло.
Уходя, шепчет Ивану Васильевичу:
— Ты смотри… ухо востро держи с ним. Иван Васильевич только молча кивает головой.