И только во время перепряжки, когда я уж видел и новые сани и новых лошадей, я немного успокаивался и успевал переброситься двумя-тремя словами на свои излюбленные темы.
— Как урожай?
— Хорош.
— Как зерно?
— От дождей гнилое, от истощенной земли — тощее.
— Как цены?
— На что?
— На хлеб, конечно.
— На всё цены велики, кроме хлеба; и земля дорога, и подать велика, и нужно все, все купить и все дорого— втридорога, а двести — триста пудов каких-нибудь хлеба, при цене двадцать копеек за пуд, составляли только десятую часть той суммы, какая нужна для крестьянского хозяйства.
— Как жить? — спрашивает меня собеседник, кончая все те же пересказы о своем житье-бытье.