Они пришли к скамейке, сели и сидел и молча, прислушиваясь каждый к своим мыслям. Было тихо. Где-то в глубине сада насвистывала птичка, и свист ее, звонкий и нежный, сильнее подчеркивал тишину сада.
Она вздохнула и тихо, как мысль, вслух заговорила:
— Садится солнце, а завтра утром, когда оно опять взойдет, я, может быть, уже буду матерью. Завтра воскресенье, и наш ребенок будет дитя праздника… — Наш… Я так счастлива.
И, замолчав, она задумчиво смотрела в просвет деревьев.
— Как красива природа: как сон этот вечер… Как люблю я природу, запах цветов, небо…
Она опять замолчала и, точно ожидая ответа и не дождавшись, вздохнув, сказала:
— Рассказать тебе мою сегодняшнюю фантазию на «Лебедь» Грига? Помнишь: «Мой тихий лебедь запел, умирая»?
Он обнял ее и сказал:
— Расскажи.
Она устало положила ему голову на плечо и заговорила: