Дишандари идет мрачнее ночи.
— Он говорит, что нам устраивают западню, — шепчет П. Н., — надо было идти левой дорогой.
Не верю я этой западне — фантазия робкого корейца она, но, с другой стороны, как ответственный за безопасность всех находящихся со мной я предложил для предосторожности ружья взять в руки.
И солдаты неохотно взяли ружья, а Н. Е., все время не расстававшийся до сих пор со своим винчестером, сегодня как нарочно, передал его В. В.
В. В; в чехле везет его за плечами.
— Ну, надо будет — возьму, — говорит Н. Е.
— Но в тот момент, когда вы определите ваше «надо», — будет уже поздно. Представьте себе, раздастся залп, В. В. со страху бросается в лес…
— Да ведь ничего же этого не будет.
Н. Е. говорит ленивым тоном человека, которому за меня неловко.
— Наконец, я, право же, не могу: и ружье вези, и отмечай направление, и ситуацию местности…